За последний месяц, в связи со своими лекциями по культурным кодам и российскому менталитету я наслушался столько всякого, что… Собственно, смотрю на информационное поле и волосы дыбом встают от этого «суицидального культурного парадокса». Шизофрения головного мозга.
В связи с этим вспомнил одну историю. Несколько лет назад ездил в Сибирь, в Красноярск. Ну и случайно попал в Дивногорск, небольшой город неподалёку, туда, где «Луна плыла среди небес, Без блеска, без лучей, Налево был угрюмый лес, Направо — Енисей». Иду по улице, глазею по сторонам… навстречу мужчина, пожилой интеллигентской наружности. Хватает меня за руку и спрашивает: - Молодой человек, вы русский? - Эээ… в каком смысле? - Божечки мой! Ну, а какой ещё тут может быть смысл, кроме прямолинейной совокупности букв? - Ну да, русский, - говорю. - И как, позвольте поинтересоваться, ваш молодой организм самому себе это осознаёт? - Выражаясь вашим языком - прямолинейной совокупностью фактов: язык, психика, история, территория. - То есть, собственно, сам организм с его «цветом кожи и формой рожи», тут немножко совсем ни при чем? - Ну, в общем-то, да. - И то место, где мы с вами сейчас произносим беседу для вас таки имеет ценность? - Да. - И вы таки не местный? - Опять да. - Сонечка, - оборачиваясь назад, кому-то бросил старик, - вот видишь, я же тебе говорил, что эта земля всюду сама родит людей, которыми думает о себе.
Подходит миниатюрная симпатичная женщина в возрасте, приветливо мне кивает и одновременно укоризненно смотрит на моего нечаянного собеседника: - Давид Яковлевич, опять ты за своё. Что подумает молодой человек за твою вопиющую бесцеремонность? - Что-что… Если юноша может достойно сформулировать буквы в слова, значит он способен думать. А если он способен думать, значит нам всегда чуть-чуть есть о чем поговорить. - Дава, ты неисправим, - поправляя на Давиде Яковлевиче шарф, произнесла (как оказалось) Софа Марковна и протянула мне конфету, - Вам, молодой человек, следует немедленно подкрепиться, раз уж вы попали в плен этого несносного старика.
Софа Марковна внимательно проследила за тем, чтобы я съел конфету, взяла под руку меня и Давида Яковлевича и повела нас в парк. Мы проговорили, наверное, часа полтора… говорили о разном, а прощаясь, Давид Маркович произнёс: - То, что я еврей, таки не мешает мне быть русским. Потому что русский, это не кровь, это память земли о самой себе.